Мне показался излишне мягким, почти прозрачным и неуловимым. Во вкусе отвар из маслянистых орехов, сухая петрушка, полевые травы, груша и едва заметная древесность. Удивительно, но конкретно этот экземпляр напомнил мне утонченный байча «Черная роза с агаром» – хотя второй вызвал гораздо больше восторга при знакомстве.
Нежнейший, многогранный и очень любопытный Дань Цун. Бисквитно-пряные ноты согревают, фруктово-ягодные восторгают, а сливочное послевкусие с добавлением панна коты и ежевичного джема окрыляет на целый день.
Грибная тема действительно угадывается, как будто в настой добавили дикорастущую японскую жимолость – интересное сочетание, еще больше подчеркивающее леденцовую сладость и сливочность этого образца.
Ошеломляющий чай! Знакомство с сухим листом очаровывает фруктовыми нотами охлажденного компота, а прогретый источает аромат печеных яблок и сливового варенья.
Во вкусе расцветают букеты из красных ягод, черной смородины и мягкого мармелада с очень приятной вязкостью, древесной щепой и освежающей кислинкой.
Чудесный и питкий чай с теплой летней ассоциацией лесных прогулок и привалов у вечернего костра.
Знатный приятель – полнотелый, в меру вязкий, ненавязчивый и очень взвешенный. В основном профиле мягкие древесно-землистые оттенки с нотой густого абрикосового варенья и обугленной запеченной картошки. Послевкусие сладкое, десертное, с ореховым нежным бисквитом и терпчинкой грецких перегородок в шлейфе.
Аромат прогретого листа погружает в землистый погреб, усыпанный ореховыми ядрами и скорлупками. Этот букет сохраняется во вкусе, дополненный оттенками старой древесины, картофельного отвара и шоколада с минеральной солью. Но самое интересное – это послевкусие: сладкое, сливочное, надолго захватывающее рецепторы, как после употребления солодки или вьетнамского кофе со сгущенкой.
Восхитительное чаепитие с тягучим, шелковистым флером!
Сливочное пралине, моченые кислые фрукты и подсушенная земля деликатно и неброско выступают на первом плане, обнажая свое тягучее состояние. В послевкусии раскрываются оттенки сгущеного молока, леденцов, местами влажной, местами обугленной древесины, водорослей и холодного моря.
Интересная, размеренная и, в хорошем смысле, укачивающая позиция.
Дивная корзинка – зрелая, терпкая и сладковатая, как если бы конфеты «Коровка» смешали с большим количеством тертых грецких орехов и фундуком, добавили горсть Юбилейного печенья в шоколадной глазури, припорошили все это дело влажными опилками и сверху украсили капелькой сосновой смолы.
Десертный хэйча с табачным послевкусием, непродолжительными проливами и демократичным прайсом, оправдывающим последний нюанс.
Если бы мы научились выжимать вкус из любого впечатления или события, то элексир из деревенской субботней бани на севере был бы очень похож на этот Хунча. Бревенчатый сруб, утепленный ягелем и усыпанный запеченными каплями смолы; запаренные из лиственницы веники в горячем кипятке; брусничный компот или свежая черная смородина, чтобы утолить жажду от парилки; легкая горечь раскаленной каменки, покрытой черной сажей – и то самое невесомое воздействие, когда с раскрасневшимися щеками и помутненным взглядом выходишь из бани (той самой, что на фото) и медленно плывешь домой, в избу…
Этот чай меня растрогал и крепко, как дедушка, обнял: «С легким паром, моя хорошая!».
Млечный, мягкий и шелковый улун с теплым сливочно-кремовым вкусом, освежающей фруктовой кислинкой и козинаками. Сладкий карамельный аромат на пиале одухотворяет, а послевкусие печеных яблок с мандариновой долькой превращает этот тайванец в хорошее десертное угощение.
В первых проливах настой воздушный, почти прозрачный и невесомый – словно молочный горный ручей в объятиях трав и мокрых камней. На третьем проливе раскрывается цитрусовая феерия и сладость вареной сгущенки в прикуску с мягким круассаном. Последующее чаепитие приобретает утонченные липовые оттенки, легкую маслянистость и приятную грейпфрутовую горчинку.
Огненный улун, маслянистый, пряный, слегка вязкий, как черемуховый компот и опьяняюще цветочный, как первые весенние ландыши. Мягкая карамель в послевкусии, овсяное печенье, пюре из тропических фруктов и лепестки зрелого, пышного пиона.
Улун, очевидно, с характером и определенной стойкостью – такие черты заставляют всматриваться в него с толком и расстановкой.
Классический и традиционный тайванец – очень хороший пример уравновешенного и стройного улуна с освежающим травянистым вкусом, цитрусами и цветочно-фруктовым оттенком. Послевкусие с мягкой сливочностью, минеральностью и легкой пряностью.
Идеален для первых знакомств с тайваньцами и каноничных, размеренных церемоний.
Мягкий, семечковый, с шелковистым древесным шлейфом и сливочностью. Очень нежные цветы в профиле и воздушная утонченная кислинка с медовой пряностью.
Этот Дань Цун невозможно передержать и испортить, он не сложен в разнообразии своей палитры, но именно в этом его преимущество и талант – в безмятежности, умиротворении и краткости.
По моим меркам такие изящные улуны заслуживают особого уважения и внимания – с благодарностью отправляю в любимцы.
Прогретый лист источает аромат жареных семечек и сладких карамелек. Вкус у настоя цветочно-масляный, с бисквитными нотами, пропитанными фруктовым джемом и светлым липовым медом. Также во вкусе присутствуют овощные оттенки и жгучие специи: имбирь и белый перец. В первых проливах присутствует легкая масляная прогорклость, но со временем послевкусие приобретает исключительно фруктовый букет с добавлением древесного сока и ягодного зефира.
Теплый улун, я бы даже сказала, огненный – хорошая композиция для вечерних проводов уходящего солнца.
Добро пожаловать в добротный бревенчатый хлев с ароматами сухого сена, прелой соломы, подсушенного позема и сырой животной шерсти.
Во вкусе также проглядывается отвар из засушенных трав, деготь, музейная древесина, гнилушки, горечь грецких орехов, старая свёкла и сливовый компот. Послевкусие сладкое, землистое, ореховое.
Безумно интересное приключение, в прямом смысле сказочное – словно оказываешься вне времени и пространства, где тебя ожидают невиданные лесные существа и сплошное чародейство.
